Бравурные звуки оркестров, сопровождающих известную акцию «Покупаем наше!», заглушают робкий голос потребителя, не желающего смириться с тем, что он должен почему-то приобретать в первую очередь товар, заведомо уступающий по качеству импортному.
 

  Весьма интересен в этой связи и недавно оглашенный прессой прогноз одного из членов нашего Правительства о будущем состоянии отечественного автомобилестроения, выразившийся в равнодушной констатации того факта, что весьма скоро все оно просто погибнет.
  О будущем нашей мебельной промышленности тоже наличествуют мнения, не только существенно отличающиеся между собой, но и диаметрально противоположные.
  Так, «Комсомольская правда» в рамках названной выше рубрики постоянно публикует статьи изготовителей мебели, призванные показать, что есть еще порох в пороховницах, и у нас появились предприятия, способные конкурировать по качеству продукции с импортными изделиями.
  Импортеры наоборот доказывают, что наша мебель ни по своему уровню, ни по качеству не идет ни в какое сравнение с зарубежной, и призывают дать зеленый свет импортной, сколько возможно снизив таможенные платежи за ее ввоз.
  Им перечит наша «Ассоциация предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АПМДПР)», которая призывает Правительство к некоему компромиссу. Предлагается повысить пошлины на дешевую мебель, снизить их на материалы и комплектующие для мебели и сохранить их уровень для дорогих, «высокохудожественных» изделий, изготавливать которые у нас не в состоянии никто. Один только потребитель не участвует в этом споре, по-прежнему наивно ожидая «больше товаров хороших и разных».
  При этом наше Правительство свысока и довольно равнодушно наблюдает за всеми этими спорами, поскольку бюджетный доход от ввоза мебели и материалов не оказывает никакого заметного влияния на пополнение госказны. Толпа статистов, то есть мебельных предприятий, которым их будущее должно быть интересно тоже, – по-прежнему безмолвствует. И над всем этим царит призрак предстоящего вхождения в ВТО с прогнозируемой отменой всех ввозных пошлин. Кто же прав и что же нам делать?
  Для ответа на этот вопрос нужно разделить проблему на две части: интересы государства, страны и интересы потребителя мебели, который по сути и есть эта самая страна.
  Позиция АПМДПР изложена до предела ясно и понятна всем. Экономические проблемы европейских стран заставляют их производителей искать новые и расширять действующие рынки сбыта. Европейская мебельная промышленность лучше оснащена, не испытывает недостатка в инвестициях, полностью обеспечена материалами и комплектующими. Себестоимость ее продукции, изготовленной на хорошо автоматизированных производствах, достаточно низка.
  Отечественные мебельные предприятия в последний раз переоснащались почти двадцать – двадцать пять лет назад. Многие из них теперь просто перестали существовать или реструктуризованы – разбиты на мелкие производства. Мебельная отрасль фактически создается заново – за счет появления новых полукустарных предприятий, в большинстве своем представляющих собой обычные мастерские. Об автоматизации или даже механизации производств не идет и речи. Из технологии производства практически полностью исключены процессы облицовывания натуральным шпоном, шлифования и отделки – те, что определяют возможность изготовления действительно высококачественной мебели. Кадры промышленности – утеряны. Основные материалы, такие, как облицовочные и отделочные, фурнитура и комплектующие, почти на сто процентов поставляются по импорту, что сопровождается дополнительным повышением их цены за счет таможенных платежей. Отсюда – низкое качество отечественной продукции и ее высокая себестоимость.
  В этих условиях допустить на отечественный рынок более дешевую и более качественную зарубежную продукцию – равносильно убийству отрасли. А этому будет сопутствовать рост безработицы, причем многократный, так как один работник, занятый в мебельном производстве (по европейским данным), обеспечивает занятость троих, занятых в смежных отраслях.
  Поэтому-то АПМДПР и призывает наше Правительство хотя бы на время установить защитный барьер перед более качественной импортной продукцией до тех пор, пока наши вновь народившиеся мебельные предприятия сумеют опериться, прочно встанут на ноги и встретят бывалых зарубежных конкурентов ничем не уступающей им и даже превосходящей, а к тому же более дешевой продукцией.
  Но случится ли такое в обозримый период? Пожалуй, к этому нет даже предпосылок. Инвестиций для технического перевооружения и нового оснащения мебельных предприятий нет, и не предвидится. Не будет удовлетворяться отечественными производителями спрос на облицовочные и отделочные материалы, фурнитуру, комплектующие и т.д. Качество мебели не повысится, не станет она и дешевле. Горький опыт прошлых лет показывает, что рост розничных цен на импортную продукцию, объем продаж которой в стране близок к половине, тут же вызывает подтягивание к их уровню и цен на отечественные изделия.
  С точки зрения потребителя, заработавшего деньги своим трудом, призывы отказаться от орехового лимонада «Пепси-Кола» в пользу отечественного «Буратино», изготовленного в подвале или гараже на основе воды из ближайшего пруда, или приобретать за те же деньги, что и импортный, но более опасный в прочностном отношении российский стул – не более, чем квасной патриотизм, осуждавшийся даже в советские времена.
  Тем более, что имеются и весьма яркие негативные примеры. Так, одно известное в стране предприятие несколько лет назад приобрело в одном из мебельных магазинов конторскую мебель, изготовленную в Малайзии, поставлявшуюся одним отечественным импортером, торговая марка которого также хорошо известна на рынке. Совсем недавно, когда произошел переезд предприятия в новое бюро и появились новые сотрудники, ему дополнительно потребовалась новая мебель. Она была куплена в том же магазине, от того же поставщика, успевшего организовать пресловутое импортозамещение, то есть создавшего уже собственное производство тех же изделий в России. Цена на мебель (проверено по документам) не снизилась, а повысилась, как минимум, в соответствии с уровнем инфляции. Контраст же между мебелью, купленной ранее и сейчас, был разителен! Качество изделий, изготовленных азиатскими мастерами бывшей отсталой колонии, и тех же, но произведенных уже руками российских мастеров-мебельщиков в самом центре великой страны, отличается очень сильно, причем в самую что ни на есть худшую сторону!
  Не произойдет ли то же самое и со всеми нашими изготовителями, когда их прикроют тепличным колпаком? Произойдет обязательно. Именно от этого, от отсутствия жесткой рыночной конкуренции, предостерегают нас акулы капитализма – западные экономисты, прошедшие этот путь уже давно и получившие на нем, мягко говоря, «определенный опыт».
  Безусловно, деятельность АПМ-ДПР по защите отечественного производителя нужно не только приветствовать, но и поддерживать всеми доступными средствами. В случае успеха она действительно хоть как-то поможет многим мебельным предприятиям укрепиться на своем же рынке. Но послужат ли игры с пошлинами и тарифами и достигнутые результаты «повышения-снижения» действительному процветанию мебельной отрасли?
  Можно утверждать с полной уверенностью, что эффект по защите рынка будет только очень-очень временным. Так, по данным, опубликованным в первом номере немецкого журнала Mobel Fertigung (Мебельное производство) за этот год, в 2002 году цены на древесно-стружечные плиты в Германии, по сравнению с 2001-м упали примерно на 9%. Соответственно, снизилась и цена на продукцию, изготовленную из них, то есть на мебель. В нашей стране такого пока не случалось еще никогда. Наблюдается только рост цен. Поможет ли повышение таможенных барьеров в такой ситуации? Не потребуется ли в скором времени новое? Нет, проблема должна бы решаться другими путями.
  К сожалению, большинство из этих «других» путей следует отнести к малонаучной фантастике. Если бы в недалекие еще социалистические времена готовилось бы очередное постановление об очередном повышении производства мебели в стране, то в него наверняка вошли бы поручения разным министерствам об увеличении производства фоновых бумаг, разработке или приобретению за рубежом печатных машин, печатных красок, выпуске пропиточных установок, увеличении производства высококачественных древесно-стружечных и древесно-волокнистых плит, о начале выращивания где-нибудь в Сибири плантаций древесины тропических и экзотических пород, строительстве новых цехов по строганию шпона, организации производства эффективных отделочных материалов, расширении производства фурнитуры и комплектующих для мебели, создании нового оборудования для производства мебели, «по своим параметрам превосходящего лучшие зарубежные образцы», внедрении самых современных методов торговли, и так далее, и тому подобное.
  Объем необходимых для всего этого вложений чуть ли не превышает нынешний бюджет всей страны. И если наши банки решили бы вдруг одновременно скинуться для выполнения всего этого, то никаких их средств не хватило бы. Создание инфраструктуры мебельного производства, подобно организации заново оборонной промышленности иной страны, и требует десятилетий напряженной работы. У нас их нет. А рынок для иностранных товаров уже давно открыт.
  И никто не скажет, что от их присутствия в отечественных магазинах нашему небогатому покупателю, не знающему, что номинальные цены на многие виды товаров уже давно превышают стоимость тех же, стоящих в парижских и берлинских магазинах, – станет хуже. Наоборот, если качество импортной продукции при той же цене будет выше, – он получит одни только преимущества.
  И тогда он сможет с чистой совестью активно поддерживать лозунг «Покупаем наше!». Но – душой патриота, а не своим кошельком, как тот крестьянин, что был за колхоз, но не в его деревне.
  Не стоит ли нам все-таки применить к нашей мебельной промышленности ту же методику, что и Правительство – к автомобильной, то есть оставить ее в покое, и дать событиям развиваться естественным путем, с некоторой долей сожаления предрекая exodus letalis. То есть снова использовать подходы, популярные в начале 90-х годов, когда считалось, что рынок сам расставит все на свои места и выживут («к счастью») лишь те предприятия, продукция которых будет востребована по номенклатуре, качеству и цене.
  Пример перед глазами каждого: все хотят ездить на «Мерседесах», «БМВ» или даже «Бентли», но чаще приобретают подержанный «Фольксваген» или «Тойоту». Искренне желающих ездить на «Жигулях» – нет. Их покупают сегодня только в крайнем случае – от безысходности или недостатка средств. Никак не помогают здесь и все увеличивающиеся пошлины и сборы на импортные средства передвижения. К хорошему привыкают быстро. Не случилось ли уже то же самое и с нашей мебелью, которую в ближайшем будущем тоже не смогут спасти никакие пошлины и налоги?!